В свою   очередь правительство США поспешило заверить Финляндию, что оно готово принять «фактическое участие в конфликте» с СССР. В этот момент особенно наглядно выяви­лась заинтересованность   империалистических держав Запада прежде всего в развязывании войны против Советского Союза, а не в «защите» интересов Норвегии, Швеции и Финляндии.

Раздувая очаг большой антисоветской войны на Скандинавском полуострове, генеральные штабы Англии и Франции, как и их правительства, с циничным пренебрежением смотрели на судьбы государств и народов этого района. Это был вынужден
признать в своих мемуарах даже начальник английского генерального штаба Айронсайд. Давая оценку планам французского генерального   штаба,   который  он в  принципе поддерживал, Айронсайд писал: «Как обычно, этот план основан на абсолютно циничном отношении к судьбам малых государств».

Однако   решительные   действия    Советского   правительствапривели к прекращению войны с Финляндией и заключению мирного договора. Тем самым были сорваны не только планы объединенной империалистической агрессии против Советского Союза, но и планы превращения Скандинавского полуострова в поле сражения великих держав. Французский сенатор Г. Ле-мери заявил П. Лавалю — одному из главных вдохновителей антисоветской политики во Франции: «В Финляндии вы имели почти сверхъестественную возможность сразить Советский Союз. Но вы упустили эту возможность. Франция оплакивает это! Ее сердце обливается кровью». «12 марта,— писал У. Черчилль в своих мемуарах,—финны приняли русские условия. Все наши планы десантных операций были положены под сукно, и войска, которые сосредоточивались для этих операций, были частично рассредоточены».