До лета 1944 г. для борьбы с англо-американскими вой­сками немцы выделяли всего лишь от 2 до 21 дивизий, или от 0,9 до 6,6% общего состава сухопутных войск. До выхода Италии из войны (осенью 1943 г.) немцы в Северной Африке имели всего от 2 до 8 дивизий, или 0,9—2,7%. Остававшиеся на территории оккупированных стран и в самой Германии от 63 до 95 дивизий (26—30%) являлись, по сути, резервом для использования на советско-германском фронте.

Следовательно, в первые три года Великой Отечественной войны Советские Вооруженные Силы вели крайне напряженную борьбу фактически один на один со всей немецко-фашистской армией и армиями ее сателлитов.

После открытия второго фронта в Европе (в июне 1944 г.) количество немецких сухопутных войск на Западном и италь­янском фронтах (в основном за счет ввода в сражение диви­зий, ранее находившихся в оккупированных странах) несколь­ко возросло. Однако и в этот период большинство немецких дивизий (179—182) и значительные силы союзников (17—58 дивизий) действовали против Красной Армии.

Не нужно забывать, что второй фронт был открыт союзни­ками лишь после того, как они убедились в способности Красной Армии без чьей-либо помощи победить врага. Надо также отметить, что на советско-германский фронт направля­лись самые отборные дивизии, тогда как на Западе дислоци­ровались войска, по качеству личного состава и технической оснащенности значительно уступавшие сражавшимся на Восто­ке. Бывший начальник Штаба Западного фронта генерал 3. Вестфаль писал: «Боеспособность немецких войск на Западе уже к моменту вторжения (6 июня 1944 г.) была значительно ниже, чем боеспособность наших дивизий на Востоке...».

Важным критерием в определении значения того или ино­го фронта для исхода войны служит активность сил сторон, ведущих боевые действия. Решительность диаметрально проти­воположных политических целей Германии и Советского Союза предопределяли бескомпромиссный, необычайно напряженный и исключительно ожесточенный характер борьбы.