В генеральных штабах армии и военно-морского флота Японии вплоть до Позорного провала Гитлеровского блицкрига против СССР и первого с начала второй мировой войны крупного по­ражения фашистской армии под Москвой (в начале декабря 1941 г.) план нападения на СССР и участия совместно с гер­манским вермахтом в войне на уничтожение первой в мире страны социализма, как и план нападения на Пёрл-Харбор (про­тив США и Англии), содержались в состоянии наивысшей готовности. Только победы нашей славной Красной Армии, дви­жение народов против фашизма и колониализма, особенно уси­лившееся в Азии под воздействием побед антифашистской коа­лиции, отрезвляли японских милитаристов, удерживали их от немедленного вступления в войну против СССР, хотя угроза такого нападения не исключалась на протяжении всей второй мировой войны. Это напряжение сохранялось на границе меж­ду Советским Дальним Востоком и Маньчжоу-го, где в по­стоянной боевой готовности находилась мощная группировка Квантунской японской армии. На территории Маньчжоу-го круглосуточно дымились трубы заводов военно-промышленного комплекса, выпускавших все виды оружия и военной техники. Напряженно было и на морских коммуникациях у берегов Со­ветского Дальнего Востока, где совершались пиратские налеты кораблей японского военно-морского флота на советские транс­порты. 

Только окончательное поражение и капитуляция японских и немецких империалистов во второй мировой войне при ре­шающем вкладе в победу Советского Союза подвели черту под второй мировой войной и принесли народам долгожданный мир.