Следует отметить и то, что планы материально-техническо­го обеспечения войны, которые оценивались оптимистически на многих заседаниях Комитета связи и верховного командования, оказались нереальными. Правительству Японии не удалось обе­спечить растущие нужды армии и флота, и запасы, сделанные до войны за счет поставок из США и Англии, стали быстро таять, а для получения намеченных ресурсов из Маньчжурии, оккупированных территорий Китая необходимы были значи­тельные капиталовложения, квалифицированная рабочая сила. Финансовое положение страны ухудшалось, несмотря на усилен­ное ограбление как самого японского народа, так и народов оккупированной территории Китая. Инфляция и долги прави­тельства росли. Несмотря на это крайнее неблагополучие, япон­ские монополистические круги и военщина, вступив в преступ­ный военный союз с Германией и Италией, взяли курс на рас­ширение войны и агрессии.

Япония — одно из агрессивных государств капитализма — зажгла пожар войны на Дальнем Востоке, огонь этой войны перекинулся на бассейн Тихого океана. Японии не удалось до начала войны фашистской Германии против Советского Сою­за в июне 1941 г., так же как и до начала войны против США и Англии на Тихом океане в декабре 1941 г., склонить Чан Кай-ши к капитуляции и использовать обширную терри­торию и богатые ресурсы Китая для одновременного решения «южного» и «северного» вариантов завоевательной стратегии. Это случилось не потому, что Чан Кай-ши не хотел мира с Японией — он, наоборот, стремился к такому миру на анти­коммунистической основе с тем, чтобы расправиться с комму­нистами в своей стране и при удобном случае принять учас­тие в антисоветской войне. Замыслы японского империализма были сорваны последовательной и мудрой политикой ВКП(б) и Советского правительства накануне войны, героической воору­женной борьбой советского народа и его Вооруженных Сил против германского фашистского вермахта во время войны.