В ходе предварительных переговоров советской дипломатии пришлось преодолевать упорное противодействие Лаваля, стре­мившегося максимально ограничить возможности и сферу дей­ствия договора. О том, какой договор о взаимопомощи с СССР хотел иметь Лаваль, красноречиво говорит его признание, сде­ланное им в доверительной беседе с близкими друзьями: «Не мешает, чтобы по возвращении из Москвы я мог бы сказать здесь, на заседании Совета министров и в парламенте, что я лишил франко-советский пакт его существа и что французская армия не имеет никакой связи с Красной Армией!».

Ценой больших усилий советская дипломатия добилась вклю­чения в текст договора своих основных требований. 2 мая 1935 г. в Париже состоялось подписание советско-французского договора о взаимной помощи.

В статье 3 договора предусматривалось, что в случае «невы-званного нападения со стороны какого-либо европейского госу­дарства» на одну из сторон, подписавшую договор, они обязуют­ся «оказать друг другу немедленную помощь и поддержку, дей­ствуя применительно к статье 16 Устава Лиги Наций», которая предусматривала меры военного характера.

Обе договаривающиеся стороны подтвердили свое желание добиваться многостороннего пакта безопасности. Эффектив­ность договора значительно возросла бы при условии его допол­нения военной конвенцией, которая конкретно предусматривала бы размеры, сроки и формы военной помощи в соответствии со Статьей 3 договора. Но такая военная конвенция по вине фран­цузской стороны так и не была подписана, хотя Советское пра­вительство настойчиво предлагало, чтобы Генеральные штабы обеих стран приступили к разработке такой конвенции. Из-за противодействия Лаваля и других противников франко-совет­ского сотрудничества, которые были весьма влиятельны в правя­щих кругах Франции, сам договор был ратифицирован фран­цузской палатой депутатов 27 февраля, а сенатом—только 12 марта 1936 г.